Григорович был знаком с достоевским

Гоголь Николай Васильевич - Федор Михайлович Достоевский. Антология жизни и творчества

григорович был знаком с достоевским

Достоевский был убежден в том, что “в поэзии нужна страсть, нужна Достоевский передал рукопись Григоровичу, который показал её Н.А. люди ” Достоевский уже знаком с основами учения социал-утопистов. Как опасно предаваться честолюбивым снам (Достоевский/Григорович/ Некрасов) Источник: РВБ (приводится по: Достоевский Ф. М. Cобрание сочинений в пятнадцати томах. . Я был постоянным свидетелем вашего торжества и, соглашаясь с .. И палец наложила в знак молчанья. Достое́вские (польск. Dostojewski) — российский дворянский род, являющийся ветвью . В XVIII веке была известна только ветвь Яна Достоевского, основатель которой Младший брат деда писателя Григорий Григорьевич Достоевский не был женат и проживал в одном селе с дедом писателя.

Без этой-то самой плотской страсти прекратился бы род человеческий. За ней стоят Эрос, либидо. Не только первое у греков, но и второе в современном психоанализе есть нечто большее, чем просто половое влечение, это витальная сила, сила продолжения жизни. Последнее слово, как известно, было особенно значимо для Достоевского.

Федор Достоевский

В самом деле, Ракитин говорит: Посредством таких лексикологических размышлений мы не обнаружим ничего определенного, сладострастие — типичное размытое понятие, не обладающее ясным содержанием и резким объемом. Специалисты характеризуют мужскую сексуальность в целом в отличие от женской как агрессивную, напористую, инструментальную, экстенсивную, возбудимую и несдержанную Без риска ошибиться можно утверждать, что определенный набор характеристик такого рода может быть отнесен к личности Достоевского.

Что же касается возможного художественно-биографического параллелизма, то на него в свое время обратил внимание Н. Такова уж судьба всех великих людей — со временем стены, скрывающие их интимную жизнь от нескромных взоров, становятся прозрачными. Здесь я пользуюсь этой их прозрачностью с единственной целью. Художественно-биографический параллелизм позволяет по-иному подойти к теме ставрогинского греха, показать, что она не могла быть случайной — в том элементарном, плоском смысле, что само обращение к этой теме якобы было вызвано единичным случаем, свидетелем которого Достоевский стал в детстве.

Нимфофильные мотивы поглощаются более широкой темой сладострастия, а последняя сливается с темой человеческой греховности. И нет сомнений, что в творчестве Достоевского она питалась не только некими общими антропологическими размышлениями, но и художественными саморефлексиями. Здесь, как и вообще при создании всего своего художественного универсума, писатель часто заглядывал в. Давно известно, что многих своих героев Достоевский наделял и чертами собственного характера, и реальными деталями биографии.

В этом нет ничего удивительного: Достоевский не был исключением. Но, пожалуй, у него эти мотивы биографо-художественного параллелизма особенно сильны. Причем это верно для всех персонажей, с какой бы стороны демаркации, разделяющей добро и зло, они ни размещались в художественном пространстве.

Вопрос известных соавторов — литературоведов и культурологов: Иначе не могли быть написаны так гениально ни мрачная сцена убийства, ни потрясающий эпизод с немым признанием Раскольникова Разумихину, ни информационно-игровая его дуэль со следователем Порфирием.

Это тот самый случай, когда кончается искусство. А почва и судьба не закавычиваются, они есть нечто большее, чем метафора. Много сокровенного, интимного, много своего вложил Достоевский и в созданные им образы сладострастников. Вот хотя бы взять те же самые женские ножки… Как уже говорилось, ножки для Достоевского были чем-то большим, чем достойная восхищения реалия женского тела.

Журнальный зал

Это некий символ сексуальности и одновременно та эротическая граница, за которую в художественном творчестве он текстуально почти не выходил. Блестящий аристократ Ставрогин целует ноги простолюдинки Матреши. То же у Мити Карамазова с Грушенькой во время загула в Мокром: А за пределами романов, в жизни?

Известна сцена, когда Достоевский провел мучительный, видимо вечер у постели А.

Толстой и русская литература. - Ф.М.Достоевский

Как ни цензуровала А. Достоевская переписку с мужем, вымарывая в некоторых письмах по двадцать строк подряд, в них сохранилось множество эротически откровенных фрагментов. После этого с большим трудом можно догадываться, что говорилось в тех фрагментах писем, которые Анна Григорьевна тщательнейше вымарала. В переписке постоянно повторяются воспоминания об интимной близости и просьбы к жене быть в письмах эротически более откровенной. Есть еще и рассказанная С.

История эта представляется достаточно правдоподобной, особенно если учесть, что в качестве источника писем назывался архив В. Нужно ли говорить, что во всем этом нет ничего предосудительного. При соответствующей коррекции понятия сладострастия оно ассоциируется и со здоровой мужской чувственностью, и с той витальной энергией, которая, согласно современным антропологическим концепциям, является одним из самых сильных творческих начал в человеке.

И не представляется столь уж фантастической мысль, что мир никогда не узнал бы великих романов Достоевского, не будь в нем заложен столь сильный сексуальный заряд. Но, как говаривал Аввакум, вернемся на первое, вернемся к теме ставрогинского греха. Она, разумеется, связана с темой сладострастия, однако же не тождественна последней, не вытекает из нее автоматически.

Никто из Карамазовых, кстати уж сказать, не был замечен в нимфофилии, даже сам Федор Павлович, сладострастник из сладострастников. Выше я пытался показать, что объяснение путем ссылки на детское потрясение по многим причинам представляется неубедительным. Так ли уж невозможны и здесь какие-то художественно-биографические параллели? Говоря открытым текстом, нужно ли считать абсолютно невероятными некие нимфофильные мотивы применительно к личности и реальной биографии Достоевского?

Я и сегодня думаю, что эта версия обладает определенной степенью вероятности. Конспективно изложу приведенные ранее доводы, добавив к ним несколько новых соображений. Волгина было причастно к циркуляции слухов о самопризнаниях Достоевского в ставрогинском грехе.

Под причастностью я имею в виду приятие слухов как минимум в качестве потенциально достоверных. Страхов, позднее — Л. Флоренский, еще позднее — Ю. Гинзбург… Были и другие, менее именитые. Назову хотя бы профессора П. Висковатова или ныне забытого писателя И. Никто из названных людей не нуждается в каких-либо специальных характеристиках. Трудно допустить, что одни из них злонамеренно распространяли сплетню, а другие были введены в заблуждение, стали жертвой слухов.

Все они оценивали эти слухи в меру своих, скажем так, человековедческих способностей, основанных на жизненном опыте и интуиции. Они как бы примеряли слухи к сложившемуся в сознании образу Достоевского — образу писателя и человека.

И стало быть, в этом их личном субъективном, разумеется образе было нечто такое, что не противоречило циркулирующим слухам.

Наивно считать, что содержание рассказа кн. Трубецкой или даже самого Достоевскогобудь оно им известно, могло существенно повлиять на отношение к слухам. Я хотел бы подчеркнуть, что дело тут не в именитости названных лиц, не в их особом статусе, социальной значимости и.

И еще — в элементарном факторе времени, в хронологической близости или отдаленности между объектом оценки и оценивающим субъектом.

Образ любого человека, в том числе и великого писателя, по-разному воспринимается людьми различных поколений, со временем неизбежны его деформации в ту или иную сторону. Это хорошо понимал, например, В.

Чуть ли не обожествляя Достоевского, он в то же время склонен был к известной хронологической коррекции сложившегося у него образа под влиянием одного из писем Страхова. Розанов так прокомментировал этот фрагмент письма: Замалчивать этот факт, делать вид, что ничего такого как бы и не было, — значит вольно или невольно наводить пресловутый хрестоматийный глянец на те черты трагического облика Достоевского, которые не поддаются полировке.

Что это за свидетельства и действительно ли они настолько надежны? К ним нужно прежде всего отнести ряд высказываний Л. Гроссмана, одного из первых биографов Достоевского. По причинам, о коих чуть ниже, его свидетельство нужно признать и неоспоримым, и особенно весомым. Вот несколько высказываний, содержание которых говорит само за себя: Почему я называю свидетельство Гроссмана особенно весомым?

Гроссман — не совсем обычный достоевсковед. Он не только лично знал Анну Григорьевну Достоевскую, но и был ее советчиком при подготовке ответа на скандальное письмо Страхова.

Где и когда, как не в этих доверительных разговорах, и от кого, как не от вдовы писателя, мог он узнать о странном поведении Достоевского. Конечно, можно как угодно относиться к вышеприведенным высказываниям Гроссмана. Можно делать вид, что они не существуют. Можно даже предположить, что, будучи участником какого-то тайного масонского? Но если все-таки не придерживаться такой чудовищной гипотезы, то нужно признать, что свидетельство Гроссмана — это почти наверняка свидетельство самой Анны Григорьевны.

Есть и еще одно свидетельство, удивительным образом перекликающееся с рассказом Гроссмана. Я имею в виду воспоминания В.

Их отношения, вначале непростые, колючие, со временем стали дружескими, со стороны же Тимофеевой, возможно, и чем-то большим историю развития этих отношений Л.

Вечерние разговоры в типографии, за чаем, вероятно, располагали к откровенности. Речь идет о воспоминаниях, связанных с предрасстрельными минутами, пережитыми писателем на Семеновской площади Петербурга в декабре го. Итак, снова тайна, да еще и связанная с тяжелыми делами, которые лежат на совести всю жизнь. Слишком серьезные, слишком значительные слова, чтобы считать их общим местом, всего лишь приличествующей ситуации риторикой.

Об этом мог знать разве что священник Владимирской церкви, исповедовавший Достоевского перед смертью. Церковная исповедь — тоже тайна. Но, откровенно сказать, я не удивился бы, узнав, что в ней прозвучали и какие-то нимфофильные мотивы.

Это не представляется мне равным образом ни слишком вероятным, ни абсолютно невозможным. Да и всегда ли, обязательно ли это так страшно? Такого же непредвзятого отношения заслуживает и понятие нимфофилии. Но прежде чем говорить об этом, нужно предварительно задержаться на одной существенной детали. На одном заблуждении, которое долгие годы сопутствовало литературоведческому описанию ставрогинского греха.

До сих пор поступок Ставрогина привычно характеризуется как сексуальное насилие. Говоря определеннее, считается, что Николай Всеволодович изнасиловал бедную Матрешу. Достойно сожаления, что она проникла даже в комментарии к последним собраниям сочинений Достоевского. В комментарии к десятитомнику говорится: Разумеется, и это скверно не говоря уж о страшном финале — самоубийстве Матреши.

Однако насилия не. Можно строить не лишенные интереса догадки, почему Достоевский отступил от первоначального замысла, но факт остается фактом: Сказанное заставляет еще раз вернуться к рассказу кн.

Трубецкой и снова усомниться в его надежности или по меньшей мере точности. Я имею в виду очевидное несоответствие между концовкой этого рассказа и действительностью. В самом деле, вспомним, что в рассказе речь шла именно об изнасиловании девочки; заканчивался же он словами якобы Достоевского: Никак не мог Достоевский говорить о том, чего в романе не. Остается предположить, что либо кн. Трубецкая что-то забыла, что-то напутала, либо… ничего подобного Достоевский в салоне А.

Итак, нимфофилия — издавна известное, распространенное явление, чреватое конфликтами с социально-культурными традициями, этическими нормами, а при определенных условиях и с уголовным правом.

Положим, он, что называется, берет Степу, да ведь, как уже отмечалось, мужская сексуальность в сравнении с женской более агрессивна. Красильщиков обещает жениться на Степе и, разумеется, обманывает.

По аналогии уместно поинтересоваться: Таким образом, страхи Ставрогина или Достоевского за Ставрогина?

григорович был знаком с достоевским

Что же касается отношения Матреши к своему совратителю, то, кроме упоминаемых в тексте главы страстных поцелуев, есть еще одна деталь, свидетельствующая о ее внезапно вспыхнувшей детской или полудетской влюбленности в Ставрогина.

Насколько можно судить, эта деталь в черновых набросках к роману не попадала в фокус внимания исследователей, а между тем она очень выразительна. Феномен ставрогинского греха сопрягается с феноменом сладострастия и растворяется в понятии всеобщей человеческой греховности.

Это становится очевидным, если обратиться к современной науке. Выясняется, что определенные нимфофильные импульсы заложены на подсознательном уровне.

С этой точки зрения нимфофилия может рассматриваться как сексуальный феномен, не обязательно проявляющийся в действиях и потому не столь жестко связанный с этическими и правовыми нормами.

Отрешившись от гипноза сексуального насилия, не будем же предаваться ханжеству. Как говаривал поэт, время — вещь необычайно длинная. Десятилетия и тем более столетия лишают неприкосновенности любой сюжет, персонифицированный относительно выдающейся личности. Однако не только второй, но и первый не перестают для нас быть гениями.

В конце концов, дело не в том, что в личной жизни Достоевского было или, по крайней мере, могло быть нечто похожее на нимфофильные поступки его персонажей. Дело не в том, вложил или нет писатель в художественную фантазию какие-то реальные или болезненно трансформированные элементы собственного сексуального опыта. С одной стороны, ни у кого нет достаточных оснований становиться в позицию следователя Порфирия Петровича: С другой стороны, повышенный интерес Достоевского к феноменам сладострастия и нимфофилии может иметь еще одно объяснение, более глубокое и интересное, не сводящееся ни к личному опыту вообще, ни — тем более!

Гоголь несколько оживился, говорил с каждым из них об их произведениях, хотя было очень заметно, что не читал. Потом он заговорил о себе и всем нам дал почувствовать, что его знаменитые "Письма" писаны им были в болезненном состоянии, что их не следовало издавать, что он сожалеет, что они изданы.

Он как будто оправдывался перед нами. От ужина, к величайшему огорчению хозяина дома, он также отказался. Одной малаги именно и не находилось в доме. Было уже между тем около часа, погреба все заперты Однако хозяин разослал людей для отыскания малаги. Но Гоголь, изъявив свое желание, через четверть часа объявил, что он чувствует себя не очень здоровым и поедет домой. Хозяин дома, однако, умолил его подождать малаги. Через полчаса бутылка была принесена.

Он налил себе полрюмочки, отведал, взял шляпу и уехал, несмотря ни на какие просьбы Кроме него, о встрече этой писали А. Панаева, очевидно, со слов Некрасова, а также, со слов того же Некрасова, Суворин, но оба уже значительно позже, настолько, что они явно путают и место, и время этой встречи.

Однако раньше, чем появились все эти описания, в году вышла в свет повесть Ф. Достоевского "Село Степанчиково и его обитатели", и в ней мы читаем следующее: Навряд ли у нас есть, — сказал дядя, с беспокойством глядя на Прасковью Ильиничну. Зато господин Бахчеев был в самой последней степени негодования.

Ну, кто теперь пьет малагу, кроме такого же, как он, подлеца? ШекспирГофман, Байрон, Гёте, Шиллер, Расин, ГомерЛермонтовГогольПушкин — произведения всех этих прославленных авторов он глотал взахлеб, вместо того, чтобы увлеченно постигать азы инженерной науки.

В году Достоевский вместе с приятелями даже организовали в Главном инженерном училище собственный литературный кружок, в который, помимо Федора Михайловича, вошли Григорович, Бекетов, Витковский, Бережецкий.

Уже тогда писатель начал создавать свои первые произведения, но все же не решался окончательно встать на путь литератора. Завершив обучение в году, он даже получил должность инженера-подпоручика в Петербургской инженерной команде, однако продержался на службе недолго. В году он решил заниматься исключительно литературой и подал в отставку.

Начало творческого пути Хотя семья и не одобряла решения молодого Федора, он усердно принялся корпеть над начатыми ранее произведениями и развивать идеи новых. Успех произведения превзошел все ожидания автора.

Критики и литераторы высоко оценили роман Достоевского, поднятые в книге темы нашли отклик в сердцах у многих читателей. Восторг и восхваление писателя сменились критикой, неудовлетворением, разочарованием и сарказмом. Впоследствии литераторы оценили новаторство этого произведения, его непохожесть на романы тех лет, но в момент выхода книги этого не прочувствовал практически. Федор Достоевский и Иван Тургенев Тем не менее, феноменальная популярность, которую принесла Федору Михайловичу его первая публикация, позволила ему завести ряд интересных и полезных знакомств в литературных кругах Санкт-Петербурга.

Многие его новые знакомые отчасти стали прототипами различных персонажей последующих произведений автора. Арест и каторга Судьбоносным для писателя стало знакомство с М.

Петрашевским в году. Во время встреч, так или иначе связанных с петрашевцами, Достоевский познакомился и с коммунистом Спешневым. Тот в году организовал тайное общество из 8 человек включая его самого и Федора Михайловичакоторое выступало за переворот в стране и за создание незаконной типографии.

Те самые связи с радикально настроенной молодежью сыграли против писателя, и 23 апреля года его арестовали, как и многих других петрашевцев. До этого он в течение восьми месяцев томился в заключении в Петропавловской крепости.

григорович был знаком с достоевским

К счастью для русской литературы, жестокий приговор для Федора Михайловича исполнен не. А в конце того же месяца император Николай I еще больше смягчил наказание: При этом он был лишен дворянского чина и состояния, а по окончании каторжных работ был произведен в рядовые солдаты. Федор Достоевский Несмотря на все тяготы и лишения, которые предполагал подобный приговор, поступление в солдаты означало полное возвращение Достоевскому его гражданских прав.

Это был первый подобный случай в России, поскольку обычно те люди, которых приговаривали к каторжным работам, до конца жизни теряли свои гражданские права, даже если выживали после многих лет заключения и возвращались к свободной жизни. Император Николай I пожалел молодого писателя и не захотел губить его талант. Годы, которые Федор Михайлович провел на каторге, произвели на него неизгладимое впечатление.

Писатель тяжело переживал бесконечные страдания и одиночество. Кроме того, у него ушло немало времени на то, чтобы наладить нормальное общение с другими арестантами: Федор Достоевский В году новый император Александр II даровал прощение всем петрашевцам, а в году Достоевский был помилован, то есть получил полную амнистию и был восстановлен в правах на публикацию своих произведений.

И если в молодости Федор Михайлович был не определившимся в своей судьбе человеком, пытающимся найти правду и построить систему жизненных принципов, то уже в конце ых годов он стал зрелой сформировавшейся личностью. Тяжелые годы на каторге сделали из него глубоко религиозного человека, коим он оставался до самой смерти.